Error: Incorrect password!
Церковные реформы Дискуссии в Православной Российской Церкви начала XX века Поместный Собор и предсоборный период
На главную страницу На главную страницу  
На главную страницу На главную страницу
На главную страницу На главную страницу   На главную страницу
На главную страницу   На главную страницу
Богослужебный раздел
Социальная работа
Просвещение
Теология
Искусства
События
Международные связи
Братства
Церковные мастерские
Епархиальные организации
Иные организации
Приходские службы
Конференции / VII Международные Кирилло-Мефодиевские чтения. 2001 г.

Арранц Михаил Лоренцо
доктор восточных церковных наук, магистр богословия, заслуженный профессор Восточного института и Григорианского университета (Рим, Италия)

Церковные реформы Дискуссии в Православной Российской Церкви начала XX века Поместный Собор и предсоборный период


Кто когда-нибудь думал о вопросах русского православного богослужения в теперешней эпохе, были ли они за какие-то возможные перемены, или решительно против, необходимо чтение книги прот. В. Балашова «На пути к литургическому возрождению». В этой книге не идет речь о личном вкусе, или о личных соображениях, но о судьбе РПЦ и о Ее миссии спасения русского народа, полученной от Господа Бога. Стоит остановиться и подумать перед тем, как дать свое решительное "нет", или свое "да", или даже свое "да, но". Вопрос совести. В течение почти всего XX века РПЦ задавала себе вопрос, как быть верной спасительной миссии в современных условиях. Много было размышлений и много было дискуссий со стороны самых выдающихся членов Церкви, клириков и мирян, в течение целого века; и по этому поводу готовился обширный материал. Дважды собранный материал состоял под ответственным просмотром Иерархии, а именно в недоконченном Соборе 1917 г. и в Архиерейском Соборе 1994 г., и каждый раз в этих соборных съездах, в которых каждый православный христианин должен признавать особенное присутствие и действие Святого Духа, Иерархия принимала определенные решения, с которыми Ее верный сын должен непременно считаться. В надежде на светлый день Воскресения христиане проводят сначала неделю спасительного долготерпения самого Христа. РПЦ даже после конца немыслимых преследований, еще не вышла из Страстной своей седмицы. Вот как раз этой страдальческой истории посвящается книга протоиерея Николая Балашова; книга, которая является собранием материалов, носящим пророческое название, предвидящее пасхальное торжество: «На пути к литургическому возрождению». Главные линии книги идут параллельно с томительной историей поставленного выше вопроса о миссии РПЦ и тысячу раз предложенного и отложенного решения вопроса. Но вопросов было больше одного; сам Н.Балашов пишет в своем введении: «До 1905 года в русской церковной печати осторожному (по тогдашним цензурным условиям) критическому обсуждению подвергались преимущественно два аспекта богослужебной практики: 1) небрежное совершение богослужения, и 2) состояние богослужебного текста. Что касается первого, то дело сводилось к призывам служить благоговейно, читать неспешно и т.п. Эффект от регулярного (со времен Стоглавого собора) повторения этих призывов был удручающе невелик, что и побудило авторов предсоборного периода думать о том, как устранить причины этой спешки и неблагоговейности. Среди таковых называли непонимание молитвенных текстов совершителями богослужения, акцент на внешнем благолепии и ущерб содержанию». Трудно согласиться с заключением автора, как будто небрежное совершение богослужения зависит, между прочим, от неприспособленности существующего устава к условиям приходской жизни... По-моему, при любых неблагоприятных условиях, рвение служащих клириков много может делать для устранения небрежного совершения богослужения, поскольку небрежному совершению может успешно противостоять желание служить аккуратно и с любовью к богослужению. Хороший пастырь не нуждается ни в каком соборном или владычном указе, чтобы служить хорошо. Как никакой указ не коснется нерадивого клирика делающего свое дело без страха Божия и любви. Только местные епископы могли бы иметь какое-то попечение о том, чтобы все их клирики служили и совершали Таинства в благочестивом приличии. Итак, с этого момента автор занимается исключительно вторым аспектом богослужебной практики, по моему второстепенным: состояние богослужебного текста. И это не вина автора, но констатация, что это единственный аспект, на который может влиять внешний авторитет Церкви. Золотой порой интереса реформы богослужебного текста и языка был 1905 г. в ожидании предстоящего собора, который, как известно, отлагался из года в год до 1917 г.. Материалы, собранные в течение всех этих 12 лет неожиданного приготовления к Собору, являются богатым сокровищем, без изучения которого никакая новая реформа не может обойтись; это были, главным образом, 12 лет ярых дискуссий между важными мыслителями того времени о непонятности богослужебного языка; дискуссии проходили в благодатное время такой свободы для Церкви, которой Она веками не пользовалась в продолжении русской церковной истории; скоро большевики поставят ей конец. Собор начал изучать представленные ему литургические вопросы, но к ним он относился осторожно, не принимая резких решений и отдавая ответственность изучения вопросов особенно назначенной комиссии. После скороспешного прекращения соборных собраний, интерес к вопросу о пересмотре церковного текста не скоро отпал; назначенная Собором комиссия продолжала свою работу даже с конкретным результатом приготовления новых изданий Триоди и Октоиха, с которыми между прочим не смогла считаться Патриархия, когда в 50 гг. ей позволялось издавать какие-то литургические книги, а для этого просто перепечатались дореволюционные книги. Надо сказать, что вторжение на сцену церковной жизни самозванцев т.н. "обновленцев", между которыми в начале являлись хорошие и компетентные церковники, перемешало карты на столе, и скоро верующие, вместе со злодейством этих настоящих вредителей и врагов РПЦ, стали подозревать всякое доброкачественное и законное старание ввести итоги работы соборных комиссий в действие. Вопреки чему некоторые просвещенные архиереи, как например священномученик Вениамин Петроградский, и другие владыки после него, кое-что новое ввели, как например чтение за богослужением священного Писания на русском языке по Синодальному изданию, но к сожалению и эти легитимные и простые реформы не всеми поддерживались и многие им сопротивлялись; они ныне забыты. В январе 1988 г в Ленинграде, к 1000-летию Крещения Руси, состоялась Международная научно-церковная конференция: «Литургическая жизнь и церковное искусство РПЦ». В результате оживленных дискуссий о возможных богослужебных реформах тогдашний Ленинградский Митрополит, ныне Патриарх Алексий 2-й, отмечал необходимость дальнейшего обсуждения насущных литургических проблем современной церковной жизни. «После 1988 богослужебные проблемы приобрели для РПЦ еще большую значимость. ... Ведь за эти годы в Церковь влились массы новых членов... Вопрос о богослужебном языке приобретает особую миссионерскую важность... Среди молящихся в храмах теперь преобладают неофиты, у которых не было ни времени, ни возможности изучить церковнославянский язык». Миссионерское служение РПЦ стало одной из главных тем Архиерейского Собора 1994 г. Более полные абзацы речи Патриарха можно читать прямо в книге Балашова. Патриарх говорил «о вековом развитии литургической культуры, которое остановилось на 1917 г., но которое теперь будет продолжаться, но для этого необходимо усилие соборного церковного разума. Именно в духе соборности нам предстоит подумать о такой организации богослужебной жизни Церкви, которая позволила бы оживить просветительный и миссионерский элемент этой жизни». Важный документ, принятый Собором, это Определение «О православной миссии в современном мире», где говорится: «В связи с тем, что развитие литургической жизни в Церкви практически остановилось в первые послереволюционные годы, а большинство жителей наших стран безвозвратно утратило традиционную для прошлых веков культуру, представляется необходимым сделать более доступным их пониманию смысл священнодействий и богослужебных текстов... Архиерейский Собор определяет: Поручить Синодальной комиссии по богослужению: — продолжить начатые, но не завершенные Поместным Собором 1917-1918 годов, труды по упорядочению богослужебной практики; — продолжить редактирование богослужебных текстов, начатое в нашей Церкви в начале текущего столетия; — обсудить иные вопросы, связанные с миссионерским значением православного богослужения и церковной культуры...». И Патриарх и Собор авторитетно заявили: время для восстановления прерванного литургического развития настало... Автор считается конечно с изданиями соборных документов, сделанными другими авторами (А.Г.Кравецким и Г.Г.Гуличкиной, но он выбирает другой более обширный подход к существующему материалу, организуя его какой-то систематизацией и снабжая его мудрым и сердечным толкованием. После интересного введения, из которого, часто буквально, взято вышесказанное, автор распределяет материал в 9-ти главах разного размера и важности. 1-я глава (5 страниц) носит название: Общее состояние литургической культуры в начале XX века: свидетельства современников. 2-я глава (85 страниц): Вопрос о богослужебном языке: а) Постановка вопроса в Отзывах епархиальных архиереев, б) Обсуждение на съездах и собраниях духовенства. Дискуссия в церковной печати: — аргументы "новаторов"; — возражения "консерваторов"; — контраргументы сторонников русского языка; — итоги дискуссии, в) Накануне Собора: — епархиальные съезды; — предсоборный совет, г) Обсуждение на Поместном Соборе: — работа подотдела о богослужебном языке; — дальнейшее рассмотрение доклада, д) После Собора, е) Точка не поставлена. 3-я глава (6 страниц): Вспомогательные переводы. 4-я глава (46 страниц): Исправление богослужебных книг: а) Обсуждение вопроса в печати: — до "Отзывов епархиальных архиереев"; — "Отзывы епархиальных архиереев" и продолжение дискуссии в 1906 году, б) Деятельность Комиссии по исправлению богослужебных книг: — предыстория; — начало работы; — попытки противодействия; — усилия С.Д.Войта (московский издатель, создающий не мало затруднений и замедлений Комиссии, заседающей в Петрограде); — издательский совет; —"новорожденный Триодион"; — Пентикостарион; — продолжение работы: — Октоих; —Минеи; — последний эпизод: политическое , в) Восприятие трудов Комиссии, Дальнейшая судьба книжного дела, д) Перспективы на будущее. 5-я глава (52 страницы) носит название: Упорядочение богослужебного устава: а) Общие замечания, б) Изменяемость устава, в) Обуздать произвол! г) "Лучше мало, да хорошо, чем много — да безалаберно", д) Успокоить совесть священника, е) Пришедше на запад солнца... Исполним утреннюю молитву? ж) Выявить наиболее ценное, з) Константинопольский устав? (1 страница!), и) Попытки возрождения уставного богослужения, к) Обсуждение проблем устава в Предсоборном совете, л) Уставные вопросы на Поместном Соборе: — общий обзор дискуссии; — доклад отдела "Об упорядочении богослужения"; — частные вопросы богослужебной практики (богослужение постов и индикта; календарная проблема...), м) Актуальное значение уставных проблем. 6-я глава (22 страницы): Совершение Божественной Литургии, а) Литургия оглашенных: — антифоны и малый вход; — чтение Апостола и Евангелия; — ектении и молитвы после Евангелия, б) Литургия верных: — Великий вход; — диаконские возглашения (ектений перед и после анафоры); — анафора, в) Иконостас и царские двери, г) О веществах для Таинства Евхаристии, д) К более "литургичной" литургии 7-я глава (10 страниц): Богослужения Требника: а) Таинство Крещения с сопутствующими чинопоследованиями (5 с половиной страниц): — молитвы первого и сорокового дня; — чин оглашения; — Крещение и Миропомазание, б) Таинство Покаяния (2 страницы): — общая исповедь; — "тайносовершительная формула", в) Прочие чинопоследования: — Елеосвящение (полстраницы); — Брак (полстраницы); — отпевание и молебны (полстраницы), г) Вопросы для раздумия. 8-я глава (4 страницы): Молитвенные тексты, смущающие совесть молящихся. Есть ли пятна на солнце! 9-я глава (19 страниц): Богослужебное творчество: а) Предсоборная дискуссия: —постановка проблемы; — прошлое и настоящее; — конкретные нужды; — формы богослужебного творчества; — "Блестки живой истины", б) Вопрос о богослужебном творчестве на Поместном Соборе: — общая дискуссия; — новые службы и чины (служба всем Святым, в земле русской просиявшим); — чин погребения диаконов; — чин всенародного покаяния, в) Каковы перспективы? Заключение от автора (4 страницы) в духе "Сделать богослужение более доступным людям". Из объема каждой главы можно судить об интересах или о возможностях литургистов прошлого столетия: если вопрос об языке (2-я глава) занимает целые 85 страниц, и вопрос об исправлении богослужебных книг (4-я глава) занимает 46 страниц, и упорядочение богослужебного устава (5-я глава) занимает 52 страниц; удивительно, что сама Евхаристия (6-я глава) занимает только двадцать страниц и остальные Таинства лишь десяток. Ясно, что пропорция с самого начала порочна и, что никакой литургической реформы не будет, если она не начнется с понимания таинственного действия Спасителя в Церкви. Активная роль Церкви (т.е. тексты, читаемые клириками) конечно второстепенна по сравнению с активным действием Христа. В заключение, да будет позволено давнему другу РПЦ и Православной Церкви вообще, выражение некоторых, может быть нескромных (и за то искренне извиняюсь), мыслей, которые являются плодом его долгих наблюдений и размышлений по данной теме. РПЦ в вековом развитии своего богослужения, по искусственному таланту и гению своего народа, дошла до какой-то вершины эстетической стилизации, не достигнутой никакой другой византийской традицией, и с которой Ей наверно трудно, если вообще возможно, будет сойти (или подняться, если высоту считать глубиной), чтобы богослужение стало, по желаниям Соборов 1917 и 1994 гг., доступным всякому, далее не образованному, верующему, особенно если он неофит. Возвращаться просто к старине наверно не реально. К какой старине, между прочим? К первому тысячелетию, которое и литургистам не очень-то известно? К временам введения христианства в России, т.е., Х веку? Но это столичное богослужение, которое так положительно удивило посланников Владимира, и у самых греков не сохранилось. К московскому богослужению Потребника патриарха Филарета 1623 г.? В некоторых случаях, например в чине Оглашения и Крещения, совершаемых в разных датах, было бы полезно; а в других, как в длинноватом чине Исповеди, наверно уже невозможно его восстановить. Об исправлении и обновлении богослужения во всей Православной Церкви очевидно будет дело в долгожданном Всеправославном Соборе, когда он сможет состояться. Но пока, что делать РПЦ, чтобы исполнять свою миссионерскую деятельность в пользу современного поколения? Наше скромное предложение: смотреть на то, что с успехом уже делается в некоторых православных Церквах, были они славянские или греческие или арабские, и т.п. Пение в греческих храмах более простое, чем в русских, но за то более понятное. Конечно и соблазнительные микрофоны помогают внутри храма, и даже в паперти и иногда на улице, особенно на спокойных площадях деревень Греции, следить за каждым словом певца, который на "Господи воззвах" и на Хвалитех поет декламируя, как в древнем греческом театре, все стихиры св.Иоанна Дамаскина, не пропуская ни одной. Тогда да, православные христиане возвращаются домой после настоящего богословского наставления одного из лучших и проверенных православных авторов. И что было бы если бы они (это в Греции еще не делается) могли хотя в древнем малопонятном языке, слушать каждое слово анафоры свв.Иоанна Златоуста и Василия Великого? Нет лучшего православного изложения спасительного дела Христа, совершаемого в Евхаристии, чем эти анафоры, которые сегодня, под художественным игом хора, и сами служащие не читают достаточно спокойно, чтобы их понимать. Но что делать, когда анафора читается усталыми клириками, которые уже стоят в храме три часа? И какое внимание будет далее на Причащение, самый главный момент, когда каждый верующий наконец подходит к Чаше, встречается лично со Спасителем, если Причащение раздается при давке причащающихся после долгого разговления духовенства за иконостасом? Подумаем о малых детях, которые уже на ногах не могут чинно держатся после многочасового стояния в храме, где и воздуха уже не хватает? Во время Златоуста и Василия анафора читалась, не больше чем час, или даже полчаса, после начала Литургии, которая начиналась просто с "Мир всем" перед Апостолом; тогда все ектении читались после Евангелия, а Великий вход был очень простой чин совершаемый одними диаконами. Укоротить службы? И до этого греки додумались. По официально изданному «Типикону Великой Христовой Церкви» (которому в книге Балашова посвящается одна лишь страница!) Вечерня служится час, вечером. Воскресная Утреня продолжается лишь час, утром, перед самой Литургией, но в таком "сокращенном" (т.е. не удлиненном монастырскими подражаниями) виде, что сразу после "Слава в вышних Богу" и воскресного тропаря, провозглашается "Благословено Царство", и Утреня и Литургия служатся в афинских храмах не больше, чем за два часа. Некоторые приходят в храм только перед Литургией, а другие уходят после Утрени; те "нерадивые" будут всего стоять в храме один час, но за то на одной полной службе. А если греки являются, как это было сначала христианизации Руси, учителями славян, практика других византийских Церквей, как Грузинской, Болгарской, Сербской, Румынской, и пожалуй Западно-российской, Церквей могла бы все-таки помогать РПЦ понять, где стоят вопросы, и какие были уже найдены ответы.




В начало страницы На главную страницу Написать разработчикам: Ольге Черняк, Матвею Родову

хостинг безвозмездно предоставлен www.akavita.by